Девчушка в английском оказалась полный ноль, но симпотная страсть! На ангельском тоненьком личике огромная пара неправдоподобно зеленых глаз, пухленькие чувственные губы, носик курносый. Волосы черные, блестящие как у цыганки, до ягодиц (как промывает?). Фигурка стройненькая, ноги уже сейчас видно, что из шеи растут...

Она сильней прижимается ко мне, ничего не говорит. Я подхватываю ее, как перышко, лихорадочно достаю член. У нее все там так узко, что не могу попасть. В углу какие-то ящики, друг на друге. Я перемещаюсь вместе с Еленкой на руках в этот угол, сажаю ее на них. Она расположилась полулежа, голова уперлась в стену, она испуганно хлопает глазами...

На следующий день Елена Владимировна взяла в руку мою пипиську и стала быстро водить рукой вверх - вниз. "Как он у тебя стоит!" - воскликнула Владимировна. Моя пиписька стала багровой. Елена Владимировна сказала: "Пора!" Она повернулась ко мне спиной: "Прижмись своей палкой к моей попке!"...

Наташка смотрит на меня все тем же леденящим взглядом. Ее соски разгладились, и я понимаю, что груди у нее не такие маленькие, как мне казалось. Я хочу погладить ее по руке, чтобы смягчить просьбу встать, одеться и смотать отсюда вон, но вместо этого моя рука неожиданно гладит ее по груди. Девчонка закидывает голову назад. Я переношу тело поближе к ней, беру сосок в рот и тихонько покусываю...

Потом, на берегу, Олег Григорьевич, еще пару часов назад незнакомый Юле человек, распустил ее намокшие косы, бережно промокнул полотенцем плечи. Юля вспомнила, как грубо хапала ее мать, чтобы после мытья докрасна растереть спину...

Я заметил что мой член стоит как бревно, и она явно чествует его головой. Я продвинул руку под резинку, и почувствовал волосики на её лобке. Я немного ввёл палец ей во влагалище, она немного охнула и улыбнулась. Но всё равно продолжала смотреть телевизор. Я засунул палец глубже, и уперся в "целку". Честно говоря для меня это было как облом. Я замер...

- Hу... - я несколько смутилась неординарностью своих фантазий и желаний, но все же рассказала маме о том, что было с парнем и о своих экспериментах с введением в анус. Мама понимающе улыбнулась и ласково сказала...

Но несмотря на такую свободу действий, я все еще оставался мальчиком, так как обычно дело дальше поцелуев и взаимных ощупываний не заходило. Потом я узнал, что такое времяпрепровождение по-научному называется петтингом. Но в то время я практически еще ничего не знал о сексе и довольствовался малым...

Тут она сама или нет - я не помню, пьяный был - взяла инициативу в руке и мы поцеловались. Поцелуй перерос в ласки и вскоре , сам не знаю как, я ее всю раздел. Ее тело меня так завело - почти мгоновенно я целовал ее шею и грудь, пытаясь это сделать как можно нежнее. Я не был искушен все же, но старался импровизироватьJ. Я целовал ее соски, сосал их... у нее была отличная грудь - лучше не придумаешь. Потом я принялся за живот.

Дырочка моя нужна для того, чтобы в нее (действительно!) засовывать палочки мальчиков (эти палочки, оказывается, так неприлично называются!), а потом получать удовольствие. Но как мне рассказала одна подружка, у меня еще не получится получить это удовольствие, надо подрасти.

На уроке было на редкость скучно, нам опять навязывали про всякие силы, действующие на тело, а я не могла ни о чем больше думать, кроме как о Степе, о том, как он смотрел на меня, когда рука его находилась в районе секретной зоны.

Детская комната. Вдоль стен - полки с игрушками, куклами. Посередине - кровать, накрытая розовым покрывалом. Камера разворачивается и останавливается на двери, которая отворяется, и в комнату входит ее хозяйка - 12-летняя Анна, смуглая брюнетка. Она одета в белую футболку, под которой угадываются небольшие грудки, короткую синюю юбочку, на ногах - белые гольфы...

С этими словами, она спустила вниз ее трусики, выставив напоказ куда больший урожай лобковых волос чем у Эми. Линда встала на колени и склонилась над краем ванны, показав всю свою прекрасную интимную область. В таком положении лифчик причинял ей неудобства, поэтому она сняла его перед принятием своей окончательной позы.

Hаписано в назидание отpокам.
     Hаш класс был дpyжный.
     Васька, мой сосед по паpте всегда мечтал тpахнyть Hаташкy с пеpвой паpты, а толстый Миха с задней паpты хотел тpахнyть и Hаташкy и один pаз, по пьяни, Васькy. Hо Васькy он тpахать пеpедyмал, когда мы емy дали конкpетной пизды в pаздевалке.

Мне пришлось перейти в новую школу, поскольку там, после того как все, благодаря Степиной мамочке, Уле и Паше, узнали про наши недавние маленькие игрушки, доставали меня ежедневно до такой степени, что чуть ли не ревя, я возвращалась домой.